Позиция, занятая судами по административному делу, в котором интересы заявителя представляло HGNS Counselor Law Firm, наглядно демонстрирует одну из наиболее проблемных тенденций в национальном административном судопроизводстве — подмену сущности судебной защиты чрезмерным процессуальным формализмом под предлогом оценки допустимости иска.
Судами первой и апелляционной инстанций административный иск был признан недопустимым, а Административная коллегия Верховного суда Азербайджанской Республики своим постановлением от 20 ноября 2025 года отказала в принятии кассационной жалобы к производству. В качестве основных доводов были указаны якобы отсутствие у истца «субъективного права», а также наличие «сформировавшейся единой судебной практики».
Подобный подход, на наш взгляд, не соответствует базовым принципам административного правосудия и судебного контроля за деятельностью административных органов.
Вопрос вины относится к существу спора, а не к его допустимости
Следует особо подчеркнуть, что ни Акт расследования, составленный Государственной инспекцией труда, ни оформленный на его основании акт формы İZ не содержат вывода о наличии вины заявителя или его генерального директора в произошедшем несчастном случае на производстве. Более того, ни заявитель, ни его должностные лица не привлекались к административной ответственности по статье 198 Кодекса об административных проступках Азербайджанской Республики.
С правовой точки зрения это обстоятельство имеет принципиальное значение. Наличие либо отсутствие вины работодателя может быть установлено исключительно в ходе рассмотрения дела по существу, после исследования доказательств и заслушивания позиций сторон. Использование данного вопроса как основания для отказа в принятии иска к производству означает фактическое предрешение спора без судебного разбирательства, что является недопустимым с точки зрения административного процессуального права.
Неправильное применение статьи 35 Административно-процессуального кодекса
Статья 35 Административно-процессуального кодекса устанавливает четкий и ограниченный критерий допустимости иска: заявитель должен обосновать, что в результате административного акта, действия либо бездействия административного органа были нарушены его права или законные интересы.
В рассматриваемом деле данный критерий был очевидно соблюден:
- административный орган отказал в выплате предусмотренного законом пособия;
- вследствие этого отказа заявитель был вынужден произвести выплату за счет собственных средств;
- в результате заявителю был причинен реальный и поддающийся оценке имущественный ущерб.
Несмотря на наличие всех указанных условий, суды отказались признать иск допустимым. Такой подход искажает саму цель института допустимости иска, который призван обеспечивать доступ к правосудию, а не служить инструментом уклонения от рассмотрения спора по существу.
Формальное ограничение права на доступ к суду
Выбранная судами позиция фактически привела к ограничению права заявителя на доступ к суду. Между тем конституционные гарантии и нормы административного процессуального законодательства предполагают, что суды должны рассматривать правовые споры по существу, а не устранять их на предварительной стадии посредством формальных отказов.
Использование института допустимости в качестве фильтра для недопущения судебного контроля за действиями (или бездействием) административных органов подрывает правовую определенность и негативно сказывается на доверии к судебной системе в целом.
Продолжение правовой защиты
Именно по этим причинам HGNS Counselor Law Firm инициировала подачу нового административного иска, сформулировав требования уже в виде прямого взыскания ранее выплаченных сумм. Цель данного шага очевидна — добиться рассмотрения спора по существу, в рамках открытого и состязательного судебного разбирательства, как того требует принцип верховенства права.
HGNS Counselor Law Firm последовательно отстаивает позицию, согласно которой административное правосудие не может и не должно подменяться процессуальным формализмом. Эффективная судебная защита достигается не отказными определениями, а мотивированными судебными решениями по существу спора.